kleCKs

Палочка, палочка, палочка… перо скрипит, палочка, клякса…
- В. Каверин.

Тридцать семь


Чай заварился. Каша уверенно булькает на огне. Еще один бутерброд — и завтрак будет готов. На лестнице слышатся мягкие шаги.

Кто?— спрашивает Карл.
Кто-кто... Жрать давай.— отвечает кот.

Оба прекрасно знают, что кота в доме быть не может, кот остался в городе с родными. Идет вторая неделя добровольной изоляции.

Бушует эпидемия. Что представляет собой болезнь, плохо понятно. Одним она приносит мучения и смерть. В других случаях ее не отличишь от обычной простуды. Но самое страшное — когда болезнь проходит бессимптомно. Человек ощущает себя совершенно здоровым, но такое практически невозможно, если учесть пугающую статистику. Если у тебя ничего не болит, ты скорее всего никто иной как носитель вируса, смертельно опасный для окружающих.

Именно такую бессимптомную форму обнаружил у себя Карл. По телевизору показывают постапокалиптические картинки, в новостях ведут счет погибшим, а он хоть бы чихнул разок! "Почему, именно я?— с горечью думал он,— Сколько я еще не сделал. Хотел выучить испанский, начать играть на гитаре, поездить с любимой по свету... Все откладывал, словно буду жить вечно."

Прежде, чем сдаваться в медицинскую лабораторию, он решил позвонить знакомому врачу.

Не спеши,— посоветовал тот.— У нас нет надежных тестов. В четверти случаев вирус не находят когда он есть, в четверти находят когда его нет.
Откуда же тогда статистика?— удивился Карл.
Только меня не спрашивай. Лучше поезжай на недельку-другую загород, понаблюдай за своим состоянием. Болезнь, если она есть, рано или поздно даст о себе знать. А лабораториям и без тебя работы хватает.

Карл так и поступил.

Он привычно ощупывает языком верхнюю часть нёба, надеясь найти хоть какие-то признаки воспаления. Ничего! Температуру померил еще в постели: тридцать шесть и два. "Плохи мои дела",— думает он.

Скрипит дверь.

А закрывать кто за тобой будет — Пушкин?— спрашивает Карл.
Кошкин,— отвечает воображаемый четвероногий друг и скрывается из виду.

Под вечер погода портится. Дождь барабанит по крыше и опавшим листьям. Со словами: "Нечего ждать милостей от природы" Карл выходит из дома и быстро шагает по проселочной дороге, подставив ветру и дождю распахнутую грудь. Возвращается через час, мокрый и растрепанный. Кашляет — сперва робко, потом увереннее, гулким, грудным звуком. Бегом на второй этаж, за градусником. Тридцать семь!